Викторина русские писатели 3 четверть

Калуга, Калужская область, Россия

  +79208812201

  • Серый Vkontakte Иконка
© Сайт учителя русского языка и литературы Сидоренко Анны Валерьевны, 2019 - 2020

    Викторина русские писатели 3 четверть

    Назвать произведение, автора и героя.

    – Чего ты боишься-то? На небе солнце светит кругом в полях людно, ты не бойся, ты живи смирно один... (Никита, Платонов, мать Никите)

    Заскрежетали жернова, потом колесо повернулось быстрее, и вдруг вся старая мельница затряслась, заходила ходуном и пошла стучать, скрипеть, молоть зерно. (Теплый хлеб, Паустовский)

    Схлопала опять в ладошки, набежали ящерки - полон стол установили. Накормила она его щами хорошими, пирогом рыбным, бараниной, кашей и протчим, что по русскому обряду полагается. (Медной горы Хозяйка, Бажов, Малахитница)

    —Интересные пациенты завелись в нашем городе! Это мне замечательно нравится!

    Он нервно снял пенсне, протёр, снова нацепил на нос и уставился на деда. Дед молчал и топтался. (Заячьи лапы, Паустовский, аптекарь)

    Клянетесь жизнью? Ну хорошо. Тогда давайте продолжать наш урок. Спросите у меня что-нибудь. (12 месяцев, Маршак, Королева)

    Девка небольшого росту, из себя ладная и уж такое крутое колесо - на месте не посидит. Вперед наклонится, ровно у себя под ногами ищет, то опять назад откинется, на тот бок изогнется, на другой. На ноги вскочит, руками замашет, потом опять наклонится. (Медной горы Хозяйка, Бажов, МгХ)

    Летела по ветру мёрзлая солома с крыш, ломались скворечни, хлопали оторванные ставни. И всё выше взвивались столбы снежной пыли с окрестных полей, неслись на деревню, шурша, крутясь, перегоняя друг друга. (Теплый хлеб, Паустовский, вьюга)

    моя маленькая приятельница почти никогда не бегала и смеялась очень редко; когда же смеялась, то Смех ее звучал, как самый маленький серебряный колокольчик, которого на десять шагов уже не слышно. Платье ее было грязно и старо, в косе не было лент, но волосы у нее были гораздо больше и роскошнее, чем у Сони… (В дурном обществе, Короленко, Маруся)

    – Давай все трудом работать, и все живые будут. (Никита, Платонов, мальчик Никита отцу)

    Они были как-то стариннее и добротнее, чем наши, - в обычае, в повадке, в языке, - опрятной и красивей одеждой, своими мягкими кожаными бахилками, белыми ладно увязанными онучами, чистыми портками и рубахами с красными, кумачовыми воротами и такими же ластовицами. (Косцы, Бунин, о косцах)

    - Ладно, - кричит, - потом поговорим. Может, и надумаешь?

    И сейчас же за горку, только хвост зеленый мелькнул. (Медной горы Хозяйка, Бажов, Малахитница)

    - Ты брось реветь! - строго сказал Панкрат. - Реветь вы все мастера. Чуть что нашкодил - сейчас в рёв. Но только в этом я смысла не вижу. Мельница моя стоит, как запаянная морозом навеки, а муки нет, и воды нет, и что нам придумать - неизвестно. (Теплый хлеб, Паустовский, мельник Панкрат)

    Хворый-то придумал дробовичок завести и на охоту повадился. И все, слышь-ко, к Красногорскому руднику ходит, а добычи домой не носит. В осенях ушел так-то да и с концом. Вот его нет, вот его нет... Куда девался? (Медной горы Хозяйка, Бажов, Степан)

    Ленивый гром потягивался за горизонтом, как заспанный силач распрямлял плечи, и нехотя потряхивал землю. Серая рябь пошла по реке. Бесшумные молнии исподтишка, но стремительно и сильно били в луга; далеко за Полянами уже горел стог сена, зажжённый ими. Крупные капли дождя падали на пыльную дорогу, и вскоре она стала похожа на лунную поверхность: каждая капля оставляла в пыли маленький кратер. (Заячьи лапы, Паустовский, наступление грозы)

    Сильная рука приподняла меня с полу, и я повис в воздухе вниз головой. Повязка с глаз моих спала. (В дурном обществе, Короленко, Тыбурций поднял Васю)

    Это был маленький, а живой человек. Борода у него была длинная, она доставала до земли, когда он ходил ночью, и он нечаянно сметал ею сор и солому, отчего в сарае оставались чистые стежки. (Никита, Платонов, о человечке из бочки)

    Я с живостью схватил его руку и стал ее целовать. Я знал, что теперь никогда уже он не будет смотреть на меня теми страшными глазами, какими смотрел за несколько минут перед тем, и долго сдерживаемая любовь хлынула целым потоком в мое сердце.

    Теперь я его уже не боялся. (В дурном обществе, Короленко, Вася об отце)

    Она не спала от холода, сидела на хомуте - подслушивала. Потом она боком, озираясь, поскакала к щели под дверью. Выскочила наружу, прыгнула на перильца и полетела прямо на юг. Она была опытная, старая и нарочно летела у самой земли, потому что от деревень и лесов всё-таки тянуло теплом и она не боялась замёрзнуть. (Теплый хлеб, Паустовский, Сорока)

    Поляна спускалась к оврагу, открывая еще светлый за зелеными деревьями запад. И вдруг, приглядевшись, я с ужасом увидел, что то, что ели они, были страшные своим дурманом грибы-мухоморы. А они только засмеялись:

    - Ничего, они сладкие, чистая курятина! (Косцы, Бунин, о косцах)

    Теперь уж век буду с тобой вековать. Врага-неприятеля мы погубили, пора о тебе с матерью думать... (Никита, Платонов, отец)

    Я не знал еще, что такое голод, но при последних словах девочки у меня что-то повернулось в груди, и я посмотрел на своих друзей, точно увидал их впервые. (В дурном обществе, Короленко, Вася)

    Миновала и для нас сказка: отказались от нас паши древние заступники, разбежались рыскучие звери, разлетелись вещие птицы, свернулись самобранные скатерти, поруганы молитвы и заклятия, иссохла Мать-Сыра-Земля, иссякли животворные ключи - и настал конец, предел божьему прощению. (Косцы, Бунин)

    Разбегайтесь, ручьи, Растекайтесь, лужи. Вылезайте, муравьи, После зимней стужи.  Пробирается медведь Сквозь лесной валежник. Стали птицы песни петь, И расцвел подснежник! (12 Месяцев, Маршак, Апрель)

    Просмотров: 4